Опрос

Как вы относитесь к высоким каблукам?

Чайковский и фон Мекк

25.02.2013  | Рубрика: "Обо всем / Новости, интересное"

Чайковский и фон МеккМы привыкли к тому, что рядом с именем П.И. Чайковского употребляется эпитет «великий», «всемирно известный». Но в 70-е годы 19 века еще не было ореола, который впоследствии окружил имя Чайковского в России, да и не только в России — во всем мире! Его оперы лишь изредка шли на императорской сцене, оркестровые произведения иногда исполнялись на симфонических собраниях, а в нотных лавках нарасхват раскупались романсы и пьесы, входившие в быт дворянских и купеческих семейств. Сам Петр Ильич занимал место скромного преподавателя теории музыки в классах московского отделения Русского музыкального общества, а после открытия в Москве консерватории — профессора по классу гармонии и инструментовки.

1877 год был для Чайковского богат событиями — и радостными, и трагическими. Зимой он начал два произведения: оперу «Евгений Онегин» и Четвертую симфонию — через год, после исполнения в русских концертах на Всемирной выставке в Париже, они принесут ему мировую славу. Произошло в его жизни еще одно событие — он сделал первую и последнюю попытку жениться. Этот «эксперимент» вызвал в нем жесточайшее потрясение, а затем и глубокую депрессию. Он покинул консерваторию, навсегда расстался с преподавательской деятельностью, уехал к братьям в Петербург. В этот трудный период огромную поддержку оказала ему Надежда Филаретовна фон Мекк. Дочь смоленского помещика, урожденная Потемкина, шестнадцати лет была выдана замуж за остзейского дворянина, миллионера Карла Федоровича фон Мекка. Сама музыкантша и страстная поклонница музыкальных талантов, Надежда Филаретовна в мире консерваторцев все-таки слыла лишь богатой дамой-патронессой. Она первая объявила Чайковского великим, гениальным. Через приятеля Петра Ильича скрипача Котека, которому она покровительствовала, узнала о материальных затруднениях молодого композитора и нашла удобный способ прийти на помощь: заказала ему несколько пустячных музыкальных работ, щедро оплатив их. Затем последовал обмен любезными письмами, вдруг вылившийся в совершенно необычный, не прекращавшийся многие годы диалог.

Незадолго до этого Надежда Филаретовна похоронила мужа и чувствовала себя страшно одинокой. Казалось, все ее радости сосредоточились на любимом искусстве. Она писала Петру Ильичу:
«Ваша музыка и Ваши письма доставляют мне такие минуты, что я забываю все тяжелое и все дурное. Вы - единственный человек, который доставляет мне такое глубокое, такое высокое счастье, и я безгранично благодарна Вам за него. Когда я выхожу в свою гостиную и вижу на столе конверт с таким знакомым милым почерком, я чувствую ощущение, как от вдыхания эфира, которым прекращается всякая боль».

«Я чувствую такую страстную привязанность к Вам, Вы так милы и дороги мне, что слезы выступают у меня на глазах и сердце дрожит от восторга. Боже мой! Как я благодарна Вам за такие минуты, как светлее и теплее стала для меня жизнь, как много вознаграждает мне Ваше отношение, как многое искупает такая натура, как Ваша».

«Я не могу Вам передать: что я чувствую, когда слушаю Ваши сочинения. Я готова душу отдать Вам, Вы обоготворяетесь для меня. Все, что может быть самого благородного, чистого, возвышенного, поднимается со дна души».

Чайковский и фон МеккЕй вторил Чайковский: «Вы тот человек, которого я люблю всеми силами души, потому что я не встречал в жизни еще ни одной души, которая бы так, как Ваша, была мне близка, родственна, которая бы так чутко отзывалась на всякую мою мысль, всякое биение моего сердца».

«Мне кажется, что Вы оттого сочувствуете моей музыке, что я всегда полон тоски по идеалу, так же точно, как и Вы. Наши страдания одинаковы, Ваши сомнения так же сильны, как и мои, мы одинаково с Вами плывем по безбрежному морю скептицизма, ища пристани и не находя ее. Не оттого ли моя музыка так родственна и так близка Вам?»

Этот поток чувств симпатии, благодарности, взаимопонимания помог Чайковскому благополучно пережить душевное потрясение.

«Вы вместе с братьями воскресили меня. Я не только живу, но работаю, без чего для меня жизнь не имеет смысла».

«Я Вас люблю всеми силами души моей и благословляю ежеминутно судьбу, столкнувшую меня с Вами».

«Друг мой, благодарю Вас за всю Вашу неоцененную дружбу ко мне. В ней я почерпаю великое утешение и никогда уже не паду духом до слабости».

«Вы поистине мой добрый гений, и я не имею слов, чтобы выразить Вам силу той любви, которою я Вам отплачиваю за все, чем я Вам безгранично обязан».

«Дружба Ваша сделалась теперь краеугольным камнем моего счастья и спокойствия».

«Если моя любовь и благодарность к Вам когда-нибудь найдут случай выразиться фактически, то знайте, что нет жертвы, которой я не принес бы Вам».

Template not found: /templates/WomanSait/splitnewsnavigation.tpl
Просмотры: 0