Опрос

Чаще всего вы думаете...

Императрица Александра Федоровна

16.03.2013  | Рубрика: "Обо всем / Новости, интересное"

Императрица Александра ФедоровнаСредь шумного бала
Берлинский вальс ...Бал уже начался. Залы берлинского дворца были заполнены публикой в маскарадных костюмах. "Живые картины", придуманные известным архитектором Шинкелем, разыгрывали сюжеты знаменитых полотен. Заурчала музыка итальянца Спонтини, работавшего при дворе. Оживленные лица, калейдоскоп красок и туалетов. И вдруг, словно по мановению Волшебной палочки, все смолкло: в костюме Алариса, героя романтической поэмы Томаса Мура "Лалла Вук", появился Великий князь Николай Павлович, русский зять прусского императора. Его статную фигуру облегал голубой шелковый камзол, широкий пояс с длинными концами подчеркивал талию. Дополняли наряд желтые туфли с загнутыми вверх носами и зеленая чалма. Не успели зрители подивиться, как в роскошном палантине в зал внесли "индийскую принцессу Лаллу Рук". Высокая, изящная, с тонкими чертами лица, напоминающими прекрасный образ ее матери, королевы Луизы, Великая княгиня Александра Федоровна была так хороша, что пронесся вздох восхищения. Такой запомнилась она и описавшему этот маскарад 1821 года В. Жуковскому (который, к слову, учил ее русскому языку). Потом эта же сцена нашла поэтическое воплощение и у Пушкина:

"...в умолкший, тесный круг
Подобна лилии крылатой
Колеблясь входит Лалла Рук
И над поникшею толпою
Сияет царственной главою
И тихо вьется и скользит
Звезда - Харита меж Харит".

Императрица Александра ФедоровнаАлександра Федоровна любила балы, маскарады, переодевания, как никто. Она отменно танцевала, восхищая современников: "...ни одного раs, ни одного прыжка или неровного движения у нее нельзя было заметить,- вспоминала дочь медальера Федора Толстого М. Каменская.- Все говорили, что она скользила по паркету, как плавает в небе облачко, гонимое легким ветерком". Когда в 1836 году врачи сочли, что императрице уже вредно задерживаться на балах, она не захотела отказать себе в удовольствии и решено было начинать их в шесть, а заканчивать не позднее десяти вечера. "Эта зима была одна из самых блистательных, - вспоминала известная в салонном Петербурге покровительница литературы и искусств, приятельница Пушкина А. О. Смирнова-Россет. Государыня была еще хороша, прекрасные ее плечи и руки были еще пышнее и полнее, и при свечах, на бале, танцуя, она затмевала первых красавиц". Среди костюмированных балов выделялся так называемый "народный бал", на который допускались все классы общества в национальных костюмах и где императрица и Великие княжны появлялись в русских сарафанах, сверкающих драгоценными камнями. В одном из таких нарядов и изображена на портрете из фондов Исторического музея - кокошник с изумрудами, рубинами и жемчугами, парчовое платье, шитое золотом, а в руках - маленький букетик васильков, дополняющий "простонародный" костюм...

Кто знает, быть может, именно эти легкость, изящество, любовь к жизни, пронесенные через годы, и решили все в тот день, когда - тоже на берлинском балу - Великий князь Николай Павлович впервые танцевал вальс с юной Шарлоттой.

Императрица Александра ФедоровнаМатеринское предчувствие
Она родилась в семье прусского короля Фридриха-Вильгельма III и королевы Луизы-Августы-Вильгельмины. Детство Фредерики-Луиэы-Шарлотты-Вильгельмины совпало со временем разгрома Наполеоном Пруссии. Когда ей исполнилось восемь, королевская семья оставила Берлин. Искали убежища сначала в Штеттине, потом в Кенигсберге, наконец, в Мемеле (ныне - Клайпеда). Тяжелая доля изгнанников сблизила родных, особенно старшую дочь и мать. Королева Луиза воспитала в Шарлотте истинно религиозное чувство отзывчивости к чужому горю, к страданиям ближнего. В 1807 году, после заключения Тильзитского мира, Фридриху была возвращена часть владений, за исключением Берлина и важнейших крепостей. А в конце 1809 года состоялось возвращение короля и в Берлин. Счастливая Шарлотта сидела в карете рядом с матерью. Радость, однако, была недолгой: мать вскоре умерла. И двенадцатилетняя девочка осталась на попечении наставницы, госпожи Вильдермет. Большое влияние на воспитание принцессы оказали и богослов Гарниш, историк Вольтман, учитель изящных искусств Гирт. Их прилежная ученица на всю жизнь сохранила расположение к истории, литературе и искусствам. Стройная и величавая Шарлотта соединяла в себе правильные, строгие черты лица отца с очаровательной привлекательностью матери. Кротость и доброта не исключали в ее характере твердости, которая придавала ей какое-то особое достоинство. "Дочь моя Шарлотта замкнута в себе, сосредоточена, но, как и у ее отца, под холодной, по-видимому, внешностью бьется горячее, сочувствующее сердце, вот причина, по которой в ее обращении проглядывает нечто величественное. Если Господь сохранит ее жизнь, я предчувствую для нее блестящее будущее",- пророчила королева Луиза. Материнское предчувствие не обмануло.

Template not found: /templates/WomanSait/splitnewsnavigation.tpl
Просмотры: 0